Банкротство крупных межрегиональных холдингов — это одна из самых сложных категорий дел в арбитражной практике. Ситуация кардинально усложняется, когда активы должника разнесены по разным субъектам федерации, а особенно — когда значительная часть имущества или производственных мощностей расположена на территории Луганской Народной Республики (ЛНР), в составе Российской Федерации. На 2026 год правовое регулирование таких процессов находится в стадии активного формирования, сочетая нормы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», положения ГК РФ о правоприменении по территории новых регионов и развивающуюся позицию ВС РФ.

Фундаментальная проблема: отсутствие механизма «группового банкротства»

Главная системная сложность кроется в самом законодательстве. Несмотря на многолетние дискуссии и законопроекты, в России до сих пор не введен полноценный институт группового (консолидированного) банкротства.

Согласно действующему законодательству, фирмы, которые входят в единую группу, банкротят все равно по отдельности. У каждой из них будет свой арбитражный управляющий и реестр кредиторов. (Источник: Право.ру, «Банкротство холдингов: проблема и ее решение», 2021)

Это означает, что даже если холдинг управляется единым центром, имеет общую кассу и общие активы, формально возбуждаются независимые производства в отношении каждого юрлица. Для межрегионального холдинга это порождает каскад проблем:

• Разные арбитражные управляющие (АУ): их действия могут противоречить друг другу (например, один АУ оспаривает сделку, которую считает выгодной другой).
• Разные реестры кредиторов: один и тот же кредитор (например, банк, выдавший залог под залог всего холдинга) должен вносить требования в несколько производств, рискуя получить разное процентное удовлетворение.
• Судебная коллизия: дела могут рассматриваться в разных арбитражных судах (по месту нахождения юрлиц), что ведет к дивергенции судебной практики внутри одного холдинга.

Юрисдикционные сложности: ЛНР и РФ — единое правовое поле?

Статус арбитражных судов в новых регионах

С вхождением ЛНР в состав РФ (с 2022 г.) на ее территории начали формироваться арбитражные суды (Арбитражный суд по ЛНР). Однако до полного завершения реформы и перехода всех дел в ведение федеральных судов общей юрисдикции (арбитражных) сохраняются переходные нормы.

Ключевой вопрос: в каком суде возбуждать дело?

• По общему правилу (ст. 33 Закона о банкротстве) — по месту нахождения должника (юридического лица).
• Если юрлицо зарегистрировано в РФ (например, в Москве или Ростовской области), но его основные активы (шахты, заводы, земли) — в ЛНР, дело будет в суде по месту регистрации (например, Арбитражный суд г. Москвы).
• Если юрлицо зарегистрировано в ЛНР, дело идет в Арбитражный суд по ЛНР.

Разделение производств по разным судам (московский, ростовский, луганский) делает координацию практически невыполнимой без вмешательства ВС РФ.

Применение норм УПК и Закона о банкротстве к активам в ЛНР

Сложности возникают при наложении арестов на имущество (ст. 129 Закона о банкротстве, ст. 91 АПК РФ). В марте 2026 г. ВС РФ приостановил рассмотрение ряда дел, направив запрос в Конституционный Суд РФ по вопросу конституционности норм, регламентирующих наложение и продление арестов имущества в банкротстве. Для активов в ЛНР это критично, так как:

• Могут возникать конфликты с местными органами исполнительной власти и судебными приставами ЛНР в переходный период.
• Сложно обеспечить сохранность имущества (шахт, оборудования) удаленно.

Специфика активов в ЛНР: угляк, недра и земля

Активы в ЛНР чаще всего представлены недрами (угольные шахты), промышленными комплексами и земельными участками. Их оценка и реализация в банкротстве несут уникальные риски.

Кейс: Банкротство инвестора «Донские угли» (2024–2026 гг.)

Яркий пример, дело о банкротстве крупнейшего инвестора в угольные шахты ЛНР, компании «Донские угли».

• В 2024 г. компания арендовала в ЛНР 10 угольных шахт, обязавшись вложить 49 млрд рублей.
• К 2025 г. «Донские угли» вернули семь шахт правительству ЛНР из-за нерентабельности.
• В 2026 г; Арбитражный суд ввел в отношении компании процедуру банкротства. Долги по зарплате в ЛНР стали одной из причин краха.

1. Рентабельность — главный риск. Активы в зоне конфликта или на новых территориях часто нерентабельны из-за логистики, разрушений, кадрового голода.
2. Государственный контроль. Недра — стратегический ресурс. Возврат шахт правительству ЛНР показывает, что суверенные права региона превалируют над частными арендными правами в кризисных ситуациях.
3. Оценка и реализация. Продать шахту в ЛНР на торгах (ЭТП) крайне сложно: узкий круг покупателей, риски безопасности, необходимость лицензий на недропользование, согласования с Минэкономразвития/Минприроды РФ и ЛНР.

Трансграничный аспект и «Центр главных интересов» (COMI)

Часто холдинги строятся через цепочки юрлиц: управляющая компания в Москве/СПб -> холдинговая компания в Кипре/Беларуси/оффшоре -> операционные общества в ЛНР и РФ.

ВС РФ определил подходы к банкротству иностранных юрлиц в России (Постановление Пленума ВС РФ, практика 2023–2025 гг.). Существует два подхода:

1. Формальный: регистрация за рубежом, но дело возбуждают в РФ, если доказано, что регистрация, фикция.
2. Экономический (COMI): основной центр экономических интересов (транзакции, активы, органы управления) находится в РФ.

Для межрегиональных холдингов с активами в ЛНР это критично: если «голова» холдинга — иностранная компания, но «тело» (активы, доходы, управление) — в ЛНР/РФ, российские суды могут признать ее банкротством на своей территории, притянув к ответственности бенефициаров.

Солидарная ответственность и субсидиарная ответственность (СО/СДО), главный инструмент кредиторов

Поскольку группового банкротства нет, кредиторы и АУ используют механизмы субсидиарной (СО) и солидарной (СДО) ответственности (ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).

Применение механизма солидарной деликтной ответственности холдинга особенно актуально в ситуациях, когда изначальный должник не имеет имущества в РФ, но при этом одна или несколько компаний из холдинга такими активами располагают; (Источник: Право.ру, «Трансграничное банкротство»)

Сложности доказательства для ЛНР/РФ:

• Доказательство управления: нужно показать, что решения по активам в ЛНР принимались в «центре» (Москве/за рубежом).
• Доступ к докам: изъятие бухгалтерии, серверов, переписки из офисов в ЛНР может быть затруднено из-за логистики или действий контролирующих лиц на месте.

Процессуальные «подводные камни»

ЕФРСБ и публичность информации

Все сообщения о банкротстве публикуются в ЕФРСБ (Единый федеральный реестр сведений о банкротстве). Для межрегионального холдинга это значит десятки записей по разным юрлицам; Кредиторы должны мониторить реестр по всем судебным участкам. Ошибка в публикации (неверный суд, неверный АУ) ведет к пропуску сроков заявки требований.

Межрегиональные налоговые инспекции

Крупные холдинги часто обслуживаются межрегиональными инспекциями ФНС по крупнейшим налогоплательщикам (например, МНИ №1, №4, №11). Налоговый орган — активный иницииатор банкротств; Его требования (НДС, налог на прибыль, страховые взносы) часто формируют основу реестра кредиторов. Сложность: налоговая перепроверка за прошлые периоды может навалиться уже в процессе банкротства, меняя баланс сил кредиторов.

Каскадное банкротство внутри холдинга

Как отмечают эксперты, «когда мы говорим о том, какие компании обанкротились внутри этого холдинга, речь действительно идет о каскадном процессе». Банкротство одной «дочки» в ЛНР тянет за собой банкротство «матери» в Москве из-за гарантий и поручительств, а затем — сопутствующих логистических/сервисных компаний.

Практические рекомендации для участников процесса

Перспективы законодательных изменений (на 2026–2027 гг.)

На повестке дня законодателя и экспертного сообщества (ВШЭ, ВС РФ, ФПА РФ) находятся:

1. Уточнение правил юрисдикции для споров с участием лиц из новых регионов до полной интеграции судебной системы.
2. Специальные режимы реализации стратегических активов (недра, оборонпром) в банкротстве с обязательным согласованием гос. корпорациями (Ростех, Роснедра и т.д.).
3. Цифровизация: обязательное ведение реестров активов холдинга в ЕФРСБ в режиме реального времени для предотвращения вывода имущества.

Банкротство межрегиональных холдингов с активами в ЛНР и РФ, это многоуровневая правовая конструкция, где переплетаются:

• императивные нормы Закона о банкротстве (отсутствие группового производства);
• специфика правового режима новых регионов (переходное право, недра, земля);
• трансграничные элементы (COMI, иностранные юрлица в структуре);
• высокие риски СО/СДО для бенефициаров.

Кейс «Донские угли» наглядно демонстрирует: инвестиции в активы ЛНР без учета геополитических и правовых рисков банкротства ведут к потере активов и гигантским долгам. Успешное прохождение процедуры (или защита от нее) возможно только при ранней стратегической планировании, координации действий АУ (если банкротство неизбежно) или активной защите интересов в рамках СО/СДО с привлечением экспертов по межрегиональному и трансграничному банкротству.

Статья подготовлена на основе судебной практики ВС РФ, материалов Пленума ВС РФ, ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», АПК РФ, ГК РФ и открытых источников (Право.ру, Forbes.ru, ЕФРСБ, ФНС России) по состоянию на август 2026 г.