Вопрос о признании фактических (гражданских) брачных отношений в качестве основания для получения статуса «член семьи погибшего» приобрёл особую актуальность в связи с участием большого числа военнослужащих в специальной военной операции (СВО). Ниже рассматриваются правовые, социальные и практические аспекты этой проблемы, а также аргументы сторонников и противников соответствующего законодательного регулирования.

Нормативная база и текущее положение дел

Согласно Семейному кодексу РФ (СК РФ):

• Брак считается заключённым только после государственной регистрации (ст. 11‑12 СК РФ).
• Условия заключения брака включают взаимное добровольное согласие сторон и их личное присутствие при регистрации (ст. 12‑14 СК РФ).
• Фактические брачные отношения (совместное проживание, ведение общего хозяйства без регистрации) не порождают правовых последствий – фактические супруги не приобретают взаимных прав и обязанностей.

В 2019 г. была сделана попытка внести изменения в СК РФ, приравняв фактические браки к зарегистрированным, но инициатива не нашла поддержки. В 2023 г. вопрос вновь подняли на заседании Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, где Владимир Путин поручил подумать о механизмах поддержки вдов бойцов СВО, живущих в «гражданском браке».

Законопроект № 539969‑8 (2024)

30 января 2024 г. в Государственную Думу был внесён законопроект, предусматривающий возможность установления факта нахождения в брачных отношениях в суде в порядке особого производства, если одно из лиц:

• погибло;
• признано безвестно отсутствующим;
• объявлено умершим в связи с участием в СВО либо проживанием/временным пребыванием на территориях СВО.

Основные положения законопроекта:

• Установленные судом фактические брачные отношения признаются браком.
• «Фактическая» супруга получает право на наследование, страховые выплаты, социальные и иные льготы, предусмотренные законодательством для членов семьи погибшего.
• Для подтверждения факта предлагается использовать критерии:
• совместное проживание не менее трёх лет;
• или не менее одного года при наличии общего ребёнка;
• ведение общего хозяйства.

Аргументы в favour законопроекта

Защита уязвимых категорий

О. Полетило и другие сторонники отмечают, что законопроект:

• обеспечивает дополнительные меры по защите интересов женщин и детей, состоящих в фактических браках с погибшими военнослужащими;
• предотвращает оставление этих лиц без государственной поддержки (пенсии, компенсации, жилищные пособия).

Судебная практика как основание

Суды уже признавали факт фактических брачных отношений для целей компенсации морального вреда, основываясь на:

• показаниях свидетелей о совместном проживании;
• фотографиях и записях в соцсетях, указывающих семейное положение;
• совместном приобретении имущества, оплате коммунальных платежей, участии в похоронах и уходе за могилой.

Таким образом, судебный механизм уже существует, и законопроект лишь формализует его применение к конкретной категории лиц.

Восполнение пробела в законодательстве

Д. Петрова подчеркивает, что фактические брачные отношения в настоящее время не влекут никаких правовых последствий. Законопроект создаст инструмент для:

• решения вопросов наследования имущества участника СВО;
• получения страховых выплат и социальных гарантий;
• внесения записи о браке в Единый государственный реестр актов гражданского состояния на основании судебного решения.

Критика и потенциальные риски

Нарушение принципа добровольности брака

Конституционный Суд РФ и многие учёные (Н. Н. Тарусина, К. А. Абдуллаев, А. Карабанов) указывают, что:

• признание фактических браков без личного согласия обеих сторон противоречит ст. 1 СК РФ о принципе добровольности брачного союза;
• невозможно получить согласие от погибшего человека, что делает любой вывод о его волеизъявлении предположительным.

Возможность злоупотреблений и мошенничества

А. Карабанов предупреждает о риске появления «мошеннической сферы»:

• могут появиться несколько женщин, претендующих на статус жены одного погибшего;
• возможна подделка доказательств совместного проживания (фальшивые показания, поддельные фото, фиктивная регистрация по одному адресу).

Недостаточность предложенных критериев

Большинство юристов считают, что критерии «совместное проживание ≥ 3 лет» или «≥ 1 год + ребёнок» недостаточно надёжны, поскольку:

• можно формально соблюсти срок, не имея реальных семейных отношений;
• ведение общего хозяйства сложно объективно подтвердить без привлечения множества косвенных доказательств.

Угроза принципу единобрачия

Противники регулирования фактических браков утверждают, что приравнивание их к зарегистрированным:

• подрывает институт моногамного брака;
• может восприниматься как поощрение лёгкомыслия и безответственности в семейных отношениях;
• снижает мотивацию к официальной регистрации союза.

Практические рекомендации

Учитывая противоречивые позиции, можно предложить следующие шаги для сбалансированного решения проблемы:

1. Ужесточение доказательной базы. Ввести обязательное комплексное исследование: совместная регистрация по одному адресу, совместное ведение бюджета (выписки из банковских счетов, совместные покупки), показания минимум трёх независимых свидетелей, а также доказательства эмоциональной близости (переписка, совместные фотографии, видеозаписи).
2. Судебная экспертиза по психологическому аспекту. Привлекать семейных психологов для оценки наличия тесной эмоциональной связи между сторонами, что соответствует позиции Верховного Суда о семейной жизни как основе для признания фактических отношений.
3. Прозрачный реестр заявлений. Создать открытый электронный реестр всех поданных заявлений с указанием даты, заявителя и результата рассмотрения, что позволит отслеживать потенциальные дубликаты и злоупотребления.
4. Образовательная работа. Информировать граждан о последствиях фактических браков и преимуществах официальной регистрации, особенно в контексте военной службы и связанных с ней рисков.

Проблема присвоения статуса «член семьи погибшего» лицам, находящимся в фактическом браке, находится на пересечении правовых принципов, социальной справедливости и практической реализуемости. Законопроект № 539969‑8 предлагает механизм защиты уязвимых групп, однако сталкивается с серьёзными возражениями, связанными с нарушением принципа добровольности брака, риском мошенничества и недостаточностью предлагаемых критериев доказательства.

Для достижения баланса необходимо усилить доказательные требования, ввести временные ограничения и привлечь экспертизу психологов, а также обеспечить прозрачность процедуры. Только такой комплексный подход позволит защитить реальные интересы семей погибших военнослужащих, не подрывая при этом основы семейного законодательства Российской Федерации.